ПРИГОВОРКИ — ПРИБАУТКИ

Не для чего, чего иного, как прочего другого.
Не для чего иного, прочего другого, а для единого единства и дружного компанства.
Не для компанства, а ради приятства.
Позвал поп кота середи поста: поди, кот, возьми пирога в рот: а кот привел с собой и кошурку, да и сел с нею в печурку.
Сегодня праздник, жена мужа дразнит, на печь лезет, кукиш кажет: на тебе, муженек, сладенький пирожок, с лучком, с мачком, с перечком!
Сам на кобыле, жена на корове, ребята на телятах, слуги на собаках, кошки на лукошках.
Идет коза рогатая за малыми ребятами: кто титьку сосет, того рогом бодет (или: того забодает, забодает).
Алеша три гроша, шейка копейка, алтын голова, по три денежки нога: вот ему и вся цена.
Васька-васенок, худой поросенок, ножки трясутся, кишки волокутся — почем кишки? — По три денежки.
Ах вы, Сашки, канашки мои, разменяйте бумажки мои!
Солнышко, солнышко, выглянь в окошечко! Твои детки плачут, серу (смолу лиственницы) колупают, нам не дают, черному медведю по ложке, нам ни крошки! (Детская прибаутка в Вост. Сибири).
Шел мужик, а ему навстречу три мужика: солнце, ветер и мороз. Мужик поклонился ветру. Солнце сказало: «Я тебя сожгу». А ветер: «Я тебя не допущу». Мороз молвил: «Я тебя заморожу». А ветер: «Я тебя отдую» (Рязань).
Кот Евстафий, ты постригся? — Постригся. — И посхимился? — И посхимился. — Пройти мимо тебя можно? — Можно. — Мышка побежала, а кот ее цап. — Оскоромишься, кот Евстафий! — Кому скоромно, а нам на здоровье.
Все ли благополучно? — Все слава богу; только любимый ворон ваш объелся падали. — Да где же он ее нашел? — Да жеребец вороной пал. — Как так? — А как усадьба горела, так на нем воду возили, да загнали. — Отчего ж пожар сделался? — Да как хоронили матушку вашу со светочами, так невзначай подожгли.
Около меня свищет; я туда — свищет, я сюда — свищет; беда, думаю, влез на березу, сижу — свищет; ан это у меня в носу.
Летит пуля, жужжит; я в бок — она за мной, я в другой — она за мной; я упал в куст — она меня хвать в лоб; я цап рукой — ан это жук!
Чудак покойник: умер во вторник; стали гроб тесать, а он вскочил, да и ну плясать.
Чудак покойник: умер во вторник, в среду хоронить, а он в окошко глядит (а он поехал боронить).
Пошел я на лыко гору драть; увидал, на утках озеро плавает. Я сробил три палки: одну еловую, другую березовую, третью рябиновую; бросил еловую — не добросил, бросил березовую — перебросил; бросил рябиновую — угодил; озеро вспорхнуло, полетело, а утки остались.
Мужик серый, кафтан рослый, на босу ногу топоры, лапти за поясом, под носом румянец, а во всю щеку — что в носу.
Едки трои не посучишь, на тошне заживотит, и на ворчале забрюшнит (сутки трои не поешь, на животе затошнит, и на брюхе заворчит).
Небылица в лицах, найдена в старых светлицах, оберчена в черных тряпицах.
Был себе человек Яшка (Сашка), на нем серая сермяжка, на затылке пряжка, на шее тряпка, на голове шапка — хороша ли моя сказка? (Докучливая сказка).
Жил-был журавль с журавлихой, поставили они стожок сенца — не сказать ли опять с конца? (Докучливая сказка.)
Накосил мужик сенца, поставил середи польца, не сказать ли опять с конца? (Докучливая сказка.)
Жила-была старица одна в сельце, поставила старица зарод сенца; шло буде не ладно — опять с конца (докучливая сказка).
Гуси в гусли, утки в дудки, вороны в коробы, тараканы в барабаны, коза в сером сарафане, корова в рогоже, всех дороже.
Сорока-ворона кашку варила, на порог скакала, гостей призывала: этому дала (по пальцам), этому дала, а этому не досталось (шиш на головку).
Нет ли вошки, нет ли блошки — один червячок, да и тот золотой: бить или на волю пускать? (Игра нянек).
Был себе царь Додон, застроил он костяной дом; набрали со всего царства костей, стали мочить — перемочили; стали сушить — кости пересохли, опять намочили, а когда намокнут, тогда доскажу.


Реклама: продажа велосипедов